mikaprok (mikaprok) wrote,
mikaprok
mikaprok

Precogs и волшебная сила искусства


Чтобы не откладывать в сторону мухобойку поговорим о Тарантино, реднеках и правосудии будущего.
Вторым и, что уж там греха таить, основным претендентом на режиссерский Оскар является наш несравненный маэстро клюквенного морса и напряженного напряжения, Квентин Тониевич Тарантино.

Непонятно как, но после бесцветного «Джеки Браун», двух сатирически-истерических «Биллов», уродливого интермеццо «Доказательство смерти» и абсолютно бесславных «Ублюдков», он снял в принципе актуального «Джанго». Правда, без актуальных выводов. Ну да и ладно. В конце концов, мы его любим не за его светлую голову, а за инстинкт, который редко его подводит. И в этот раз не подвел.

Основная проблема родины Тарантино, расовая сегрегация, о которой американское кино предпочитает, либо, стеснительно краснея что-то неразборчивое бормотать, либо во весь голос петь с комсомольским задором о «дружбе народов». Он первым из своих ровесников попробовал взять и сказать все так, как есть. Без одномерных картонных персонажей, без чудовищного пафоса и фальшивого панибратства.

Пару лет спустя он практически в тех же декорациях пробует повторить старый фокус. Насколько это у него получилось?




«Омерзительная восьмерка» должна была стать художественной интерпретацией 2014-2015 гг.: начиная с города-героя Фергюсона и заканчивая признанием южан нулевой величиной. Все это, к сожалению, здесь присутствует в избытке.

Здесь есть многое из того, что мы все любим: и фонтанирующее самоцитирование, и многоярусная структура интерпретаций и живой, резкий кадр. С другой стороны, мы практически гарантированно не получаем ожидаемого с 90-х и ремиссией чего явился задорный «Джанго»: цельной и непротиворечивой картины мира; героев, которым можно было сопереживать; соразмерного действию ритма.

«8-ка» до отказа поворачивает ручку дурно понятого постмодернизма и с первых же минут обращается к интерпретациям первых семи полнометражных лент режиссера.
Для получения хотя бы минимального удовольствия от происходящего, нужно методично и внимательно пересмотреть все наследие Тарантино. Что представляется отдельным и непростым упражнением, которое, тем не менее, я исполнил.

Автор «Криминального чтива» любит и умеет писать в театральном манере. С годами, правда, вкус начинает его подводить. Как и любого безусловно талантливого человека, Тарантино преследует грех повторения собственных затертых до дыр истин.





Смысла пересказывать сюжет трехчасового магнум опуса нет. Благо он, как и все действующие лица фильма представляет собой бродячий архетип. Сейчас в шутку вспоминают советское кино 30-х, якобы как две капли воды напоминающее нынешнюю поделку. С таким же успехом можно сослаться на Шарля Пьерро.

Понятно, что путь заснеженными дорогами Вайоминга – покорение Среднего Запада, а продуваемый всеми ветрами сарай – и есть та Америка, где наводят порядки белые, прислуживают чернокожие, вторгаются непрошеные мексиканцы (из-за которых все проблемы). Там со скрипом изнутри заколачивается дверь, периодически случаются эмоциональные перестрелки и все на свете можно купить. Оправдывая название картины, ни один из героев не вызывает живого сочувствия. У присутствующих нет идеалов, выживание здесь и сейчас единственная непреложная истина для 8 пассажиров этого тяжелого рейса.





Картина распадается на разноголосую мозаику, отчаянно сопротивляющаяся попыткам режиссера все свести к зрительным цитатам из «собственной вселенной». В этой его вселенной должно быть достаточно скучно, потому как любимые нами Розенкранц и Гилденстерн мертвы настолько, что никакая реанимация им не поможет.
Бог в картине с первых же минут погружается в зимнюю спячку. Надо сказать, что это лучшие 3 минуты, снятые Тарантино в XXI веке.
Не в последнюю очередь из-за той самой музыки, под которую так радостно весь XX век этот американское кино конструировали.

Побеждает, как водится, правда, на которой держалось и будет держаться дальше черно-белое американское общество. От классического финала не уйти, как не петляй.




Да-да, Голливуд уже пожирает собственных детей. Имеет смысл в пику поговорить о хороших медиа-продуктах и настоящей, а не придуманной справедливости.
Все вокруг ругают Netflix – и доступ дали не ко всему контенту, переводят через пень колоду да и просто  дорого оказалось. Как говорится, жизнь коротка, а rutracker вечен. Что бы там не говорили, а посмотреть на стриминговом сервисе есть что.  Он, в отличие от голливудских коллег, не перестает искать современные форматы подачи материала, интересные прогрессивному зрителю. В конце прошлого года Netflix выложил детективный сериал о десяти частях, который называется «Making a Murderer». События, описанные в нем, вызвали заметный ажиотаж, как в самих Соединенных Штатах, так и за пределами страны.

В последний месяц популярные ток-шоу Атлантики только и говорят о дальнейшей судьбе героев.
Забавным образом они продолжают снимать историю, но уже в прямом эфире. Тем более что сериал документальный и, как говорят в таких случаях, входящий в тонкости.
Поэтому если смотреть все подряд, что само по себе скучно, можно узнать пару интересных вещей.



События в Орегоне стали быстро легендироваться за пределами Соединенных Штатов.
На родине демократии бурления в провинциальном городке не заметили


Первая, очевидная – подробности работы машины правосудия в США. Они впечатляют, даже не принимая в расчет описанного случая.  Только по официальной статистике на родине свободы в настоящий момент держателями юридических лицензий являются более 1,2 млн. человек, не считая помощников, секретарей, и тому подобных «подносителей снарядов». Если сюда добавить полицию (1,3 млн.), национальную гвардию (0,5 млн.), службы надзора, пенитенциарную систему  и т.д., то мы получим заметный процент населения страны. Эта армия людей, которая каждый день должна поддерживать правопорядок за счет остальных граждан. Есть даже ощущение, что вроде бы как все работает в автоматическом режиме.

Все эти выбитые гранитом нормы ареста, с неизменной на протяжении десятков лет «мирандой», долгим выписыванием ордера, большим залогом, встречей с циничным адвокатом, правом на звонок и тому подобной «защитой от дурака» для грамотного налогоплательщика могут быть обойдены без особых усилий.  Делается это не суровыми лоббистами в большом доме с колоннами, а каким-то мелким шрифтом в законодательстве Вайоминга, словом местного прокурора и ленью в оформлении очередной никому не упавшей ведомости. Одна из самых отточенных и сложных юридических систем когда-либо изобретенных человечеством ломается от двух-трех психологических приемов, известных еще пару тысячелетий назад, карандаша и листа бумаги формата А4. Конечно, мы еще не то видели.

Очевидно, остальной мир сталкивается с подобными вещами куда чаще. Вероятно даже, на территории ряда стран тихоокеанского бассейна нераскаявшихся вовремя преступников могут в наказание съесть. Не спорю, всякое бывает. Все же здесь, несомненно, самый большой перепад высот между ожиданием и реальностью. Например, до недавнего времени считалось, что деньги и публичность решают все проблемы. Выясняется же следующее: при достаточном раздражении органы правопорядка могут на протяжении десятков лет наводить ужас на местное население безо всяких последствий для себя. Никакая ротация кадров, демократия, собрания и тому подобная игра в правду не играют никакой роли. Последние события в Орегоне показали, что народные гуляния в северных широтах проходят ярко, но недолго. А также имеют тенденцию заканчиваться трагически для передового отряда активистов.




Все это наводит на мысль, мельком высказанную создателями сериала, что правосудие должно совершаться автоматически. Слишком уж силен еще у нас человеческий фактор.

Тут возникает вторая, куда менее очевидная вещь.  Мы уже какое-то время живем в обществе, фиксирующим большую часть наших действий. При желании о каждом человеке можно узнать неограниченный  объем информации. Далее сопоставить его с  тем, что он сам о себе рассказывает или, как в случае сериала, имеет на него государственный обвинитель. Далее останется только сделать соответствующие выводы. Остается правда такая мелочь, как личная жизнь. В современной технологической ситуации об этом даже как-то неудобно говорить.  Какая такая семейная жизнь? Характерно, что материал идет фактически без закадрового голоса и абсолютно не демонстрирует авторов. Это сплошной поток относительно качественной информации семейной хроники, камер видео-наблюдения, специальных полицейских интервью и, конечно же, адвокатских сплетен.
Если экстраполировать факты, представленные в этой деревенской истории на крупные населенные пункты, соцсети и «белых воротничков», окажется, что все прогнозы о «Большом Брате» уже стали частью скучной реальности. Все художественные истории, выглядящие, как фантастика  оказались просто хорошо обоснованными и продуманными предсказаниями.


Продолжение следует...
Tags: cinema, critique, politics, tarantino
Subscribe
promo mikaprok july 7, 00:17 88
Buy for 20 tokens
Редкий для меня служебно-личный пост. За последние полгода накопилось просто какое-то невероятное количество тем, о которых стоит поговорить, но за повседневной текучкой не доходят руки. Причем большей частью тем вполне жежешных форматов, которые не нужно упрощать-адаптировать и…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments